Из интервью редактору пензенской радиостудии «На Красной» Л. М. Анисимовой, в апреле 2004 г.

Ведущая: сегодня в студии — Дмитрий Николаевич Мотовилов, первый пензенский лауреат Женевского конкурса учёных и производителей науко-ёмкой продукции, сделавший Пензу известной далеко за её пределами.

Учёный, изобретатель, специалист в совершенно новой, созданной им самим, теории универсальных системных решений, которую он назвал необычным словом «Техногенетика».

Кроме того, в интернете появился бюллетень открытий Дмитрия Мотовилова, насчитывающий целых 11 новых направлений в различных областях науки и техники — в физике, энергетике, электротехнике, транспорте, космосе, экономике.

В мировую паутину просочились сведения об открытиях Дмитрия Мотовилова даже в области конструирования ракетных двигателей и летающих тарелок, в области сопромата, криптологии и …археологии Пензенской области!

Интернет-библиотеку произведений Дмитрия Мотовилова за три месяца посетило свыше трёх тысяч читателей, что не имеет прецедента в электронном мире научной информации.

Итак, Дмитрий Николаевич, расскажите своим землякам, что же это за открытие такое с интересным названием «Техногенетика», что нового скрывается за ним в Ваших научных поисках ?

Дмитрий Мотовилов: Людмила Михайловна, есть аналогичные научные феномены — это периодическая таблица химических элементов Дмитрия Менделеева и генетика живых организмов Николая Ивановича Вавилова.

Оба мировых открытия свидетельствуют, что как в живой, так и в условно называемой мёртвой природе, существуют элементарные кирпичики мироздания, из которых построен окружающий нас мир и мы сами.

По логике, недостаёт такого же, без преувеличения сказать — могучего знания в области техники. Как раз его-то долгие десятилетия искали создатель кибернетики Норберт Винер, основатель синергетики нобелевский лауреат Илья Пригожин, всемирно известный основоположник тензорного анализа в технике Габриэль Крон, ещё масса других, не столь заметных учёных.

Все они безуспешно пытались найти некий «золотой ключик» техники — то есть, общий закон существования технических объектов и, соответственно, основанное на нём универсальное знание технических задач.

В 1971 году почему-то именно мне и посчастливилось первому рассказать о главных признаках этого долгожданного всемирного закона техники и природы.

Ведущая: Вы хотите сказать, что ещё тридцать три года тому назад, незаметно проживая в нашей старенькой Пензе, сумели-таки решить всемирно известную научную задачу ?

Дмитрий Мотовилов: Может быть, прошедшие годы и позволяют сказать «Да». Всё начиналось такой же весной, с разработки и защиты на заседании ГЭК моего дипломного проекта.

Руководителем проекта был Сергей Найдёнов, он потом использовал в учебных лекциях для студентов первую версию техногенетики (тогда она называлась теорией подобия информационных и энергетических структур).

О новом научном направлении знал и преподаватель ВТУЗа Пётр Кувырков, а через лекции Найдёнова, основные элементы техногенетики вошли, затем, в учебные курсы Ленинградского Электротехнического Института, в труды многих отечественных учёных, академиков.

Очень сильно интересовались ими военные исследователи в России и в других странах, искали эти работы где только могли до тех пор, пока я открыто не переиздал их в форме книг.

Они, кстати, продаются в Пензе в книжном магазине на улице Славы. Мне известны публикации других учёных, воспринявших идеи техногенетики.

До сих пор сохраняю и свой дипломный проект, с которого она началась. Тогда, в 1971 году, после защиты, проект был отобран для всесоюзной выставки студенческих работ, и был положительно отмечен комиссией выставки.

Потом была моя работа ведущим инженером НИИВТ, создание там с помощью техногенетики одного мощного военного изобретения, лет на 15 опередившего зарубежные аналоги, была публикация первой научной статьи в закрытом ведомственном журнале.

Помню, даже был награждён 50 рублями и правом стоять на первомайской демонстрации на площади Ленина…

А на экспертизе изобретений по радиотехнике, проводившейся в Москве, неизменно присутствовал полковник технических войск в полной военной форме с погонами, торжественно благодаривший, от имени воинской части, за важные для государства инженерные решения.

Правда, затем эксперты ВНИИГПЭ каждый раз неизменно отказывались признавать их изобретениями, хотя они же потом публиковали их в книгах, журналах, успешно для своей карьеры использовали в дальнейшем.

Есть у меня один интересный ответ — личный автограф космонавта Алексея Леонова из редакции такого журнала. На трёх страницах своей рукописи первопроходец космоса критикует мои предложения в области космонавтики.

Тогда, вопреки его «строгому отчёту», я подал во ВНИИГПЭ специальную заявку на изобретение, и … получил ответ, что аналогичное секретное изобретение московского НИИ уже вовсю используется космонавтами.

Думаю, что и Алексей Леонов прекрасно знал об этом, но предпочёл «по-дружески» освободить от конкурента из Пензы именитых сотрудников московского НИИ.

Когда я ознакомился с их разработкой, то обнаружил простую причину резкого отношения к моей работе — она опережала решение, рождённое в недрах секретного НИИ...